ORESUKI. Да как меня можешь любить только ты? OVA

Дзюро Сиратори, наконец-то, наслаждается спокойной жизнью. Казалось бы, все бури улеглись: его странные отношения с Сумирэ, Хинатой и Аой обрели хрупкое равновесие, а сам он перестал быть мишенью для насмешек и интриг. Но идиллия рушится в один миг, когда на пороге его дома появляется загадочная незнакомка. Она представляется Куруми Хосино, девушкой, которая утверждает, что является его невестой по договоренности между их семьями. Дзюро в шоке, ведь он никогда о ней не слышал, но Куруми ведет себя так, будто они знакомы всю жизнь, и приносит с собой официальные документы, подтверждающие ее слова. Сиратори оказывается в ловушке: с одной стороны, его прежние «подруги» с подозрением косятся на новую девушку, с другой — сама Куруми ведет себя настолько мило и искренне, что у него не поднимается рука ее прогнать. Вся школа гудит от слухов, а Дзюро лихорадочно пытается понять, кто стоит за этим внезапным появлением и не является ли это очередной изощренной шуткой его бывших преследовательниц.

Пока Дзюро мечется между попытками разоблачить Куруми и неловкими моментами, которые она создает, его верные «подруги» решают взять дело в свои руки. Сумирэ, Хината и Аой, каждая со своим уникальным подходом, начинают слежку за таинственной невестой. Но чем больше они копают, тем яснее становится, что Куруми — не просто самозванка. Она действительно знает о Дзюро такие мелочи, которые мог знать только кто-то из его далекого прошлого. Воспоминания о детстве, о которых он сам почти забыл, начинают всплывать на поверхность. Ситуация накаляется до предела, когда выясняется, что за всей этой историей стоит не просто желание подшутить, а давняя семейная тайна и невыполненное обещание, данное много лет назад. Дзюро предстоит сделать сложный выбор: довериться ли девушке, которая утверждает, что помнит его с пеленок, или остаться с теми, кто уже доказал свою преданность, пусть и самым странным образом. Финал этой OVA ставит под вопрос все, что зрители знали о прошлом главного героя, и оставляет после себя горьковато-сладкое послевкусие, напоминая, что даже самые нелепые признания в любви могут иметь под собой реальную основу.